Книга: В промежутках между
Назад: Константин Райкин
Дальше: Юрий Рост

Я

Замечательный артист, замечательный руководитель замечательного театра для меня все равно Котя Райкин. Я помню трагические сомнения райкинской семьи по поводу его будущего. И как счастливый Аркадий Исаакович где-то в уголку говорил: «Обошлось, Котик увлечен математикой. Фанатично увлечен». Это увлечение математикой кончилось тем, что он окольными путями поступил в Театральное училище имени Щукина и стал Райкиным.
Он человек эмоциональный, рефлектирующий и необыкновенно внутренне собранный.
Недавний съезд Союза театральных деятелей. Масса острых нерешенных проблем, но Райкин темпераментно и гневно говорил о том, что цензура пошла по стране и все задыхаются.
Конечно, грустно. История ничему не учит. Опять все возвращается, пока, правда, с некоторым анекдотическим акцентом. Потому что когда депутат Думы, бывший чемпион мира по мордобою, говорит, что сталинских репрессий не было, а Солженицын, наоборот, был, но был при этом агентом ЦРУ… Или другой, с виду вполне интеллигентный депутат осторожно справляется, не пора ли реанимировать в России черту оседлости, а потом со слезами на глазах уверяет, что его неправильно поняли, он имел в виду татаро-монгольское иго… Или зашитый в кожу со стальными заклепками мотоциклист недоволен постановочной концепцией «Тангейзера»… Пока что все это вызывает кривую ухмылку. Пока что.
На этом фоне гневный спич Константина Аркадьевича на съезде СТД выглядел несколько преувеличенным. Было ощущение, что накал неадекватен поводу, но потом я вспомнил великое предостережение: «По ком звонит колокол, он звонит по тебе». Даже если сейчас звонят не колокола, а колокольчики. И если бы кто-то стыдливо про это промямлил, никто бы и не заметил. А когда Котик с высокой трибуны на весь мир прокричал, что давят, все услышали и взбаламутились.

 

Назад: Константин Райкин
Дальше: Юрий Рост