Книга: Глухомань
Назад: 19
Дальше: 21

20

Весенние солнечные лучи били прямо в глаза, ослепляя и заставляя сильно жмуриться. Вася бежал со школы, и на душе у него пели птицы. Сегодня был последний учебный день перед каникулами.
Васька был счастлив. Он уже представлял, как закинет ранец в дальний угол своей комнаты, переоденется и до позднего вечера побежит на улицу, играть с друзьями.
Он был уверен, что родители не запретят, так как для них у него был приготовлен отличный сюрприз. Две пятерки за один день, это вам не хухры-мухры.
Вон уже и родная крыша с красной трубой показалась вдали, и лай Буськин слышен. Добежав до своей калитки, Вася открыл ее и забежал на двор. Лохматая Буська радостно завиляла хвостом и вывалив язык, прижалась к ноге, выпрашивая ласку. Потрепав собаку по холке, Вася заскочил на крыльцо и вошел в дом.
В прихожей уже обувался отец, его смена начиналась только через час, но он любил приходить на работу чуть пораньше, чтобы успеть выпить чашку горячего чая. Уж такая у него была привычка.
– Что с оценками, боец? – спросил он громко, с прищуром посмотрев на Ваську.
– Две пятерки, – улыбнулся Вася, – по математике и по труду.
– Молодец! Завтра идем на аттракционы.
– Ух ты! Здорово! – Васька засиял еще ярче.
В этот момент из кухни раздался голос матери: – Вася, иди сюда, мой милый, расскажи, что у тебя там хорошего.
– Иду! – Вася на ходу скинул туфли и радостно забежал на кухню. Мать, как всегда была у плиты. По запаху чувствовалось, что на чай будут пироги с капустой. Вася их просто обожал. – Две пятерки, одна по труду, другая – по математике.
Он с разбегу запрыгнул на табуретку и посмотрел на мать. – Я погуляю сегодня подольше? – сразу решил взять быка за рога Вася.
Мать вытащила из духовки горячий противень с душистыми пирожками, поставила его на стол и повернулась к сыну.
– Как дела в школе? Какие отметки?
Вася взглянул на нее слегка недоумевающим взглядом. – Ну, я же сказал, получил две пятерки, по математике и труду.
– Вася! – мать уткнула руки в бока и строго посмотрела на Василия, – ты меня слышишь? Не молчи!
– Да я же говорю, – Василий робко взглянул на мать, – меня сегодня похвалили, я…
– Открой глаза, Вася!
Вася совсем осел, – мам, ты чего?
– Вася, ты меня слышишь?
В этот момент мать вдруг начала изгибаться и поворачиваться. Контур ее тела стал тускнеть и расплываться. Кухня тоже не осталась безучастной. Вася не мог поверить своим глазам. По-прежнему мать выкрикивала его имя, но самой матери, как и окружающей ее мебели, уже не было. Сейчас все это смешалось в одно неясное цветное пятно из которого доносилось его имя: – Вася, открой глаза!
Василий не понимал, что происходит. Вот уже и пятно померкло и растворилось во тьме. В какой-то момент его окутала кромешная темнота, а где-то из закоулков неведомого все гремел и гремел, зовущий его голос: – Вася! Ты слышишь меня? Вася!
Василий постарался сконцентрироваться, но вместо ясности сознания вернулась головная боль. Веки его дрогнули и приоткрылись. «Господи, все еще живой, – подумал Вася. – Помятый, но живой».
Перед глазами маячили какие-то тени. Он почувствовал, что лежит на чем-то твердом и холодном. Парень попытался сфокусировать зрение, но силуэты никак не хотели принимать четкие формы. Боль в голове усилилась, Василий застонал.
– Вася!
Закрыв и снова открыв глаза, парень опять постарался настроить фокус. Наконец, тени стали обретать знакомые контуры. Через секунду он различил склонившихся над ним Марину, Лену и Славу.
Ближе всех, буквально склонившись над его лицом, находилась Марина. Она трясла его за плечи и пыталась привести в сознание
– Вася, ты слышишь меня? – кричала она ему прямо в лицо, – почему ты один? Что с вами случилось? Где Максим?
Вопросы сыпались из нее, как из рога изобилия, и каждый из них был сложней предыдущего, так как требовали тяжелых горьких ответов. Вася молча смотрел на нее и пытался привести свои мысли в порядок. Левая скула невыносимо болела. Он аккуратно коснулся щеки и тут же скривился от сильной боли. Горящий факел, который был в руках второго дикаря, пришелся именно в это место. Теперь вся левая половина лица представляла собой один сплошной ожег.
– Марина, – прохрипел он сипло и тут же закашлялся. Он вытер пыльной ладонью губы и постарался сесть. Когда у него это получилось, он снова взглянул на девушку, – эти твари напали на нас, когда мы уже хотели поворачивать назад.
Марина замерла и слушала его, не дыша и не перебивая.
– Я выжил лишь потому, что провалился в тухлое болото и они меня потеряли из виду.
– Что с Максом!? – снова выкрикнула Марина, и у нее на глаза навернулись слезы.
– Макса больше нет, – прохрипел Вася и снова закашлялся, – извини.
Марина мгновение смотрела на него совершенно не шевелясь, а затем опустила голову, закрыла лицо руками и горько зарыдала. Лена обняла сестру и прижав к себе, стала гладить ее по волосам.
Вася уже полностью пришел в себя и осмотрелся. Они находились в просторной клетке. Точнее, это больше походило на загон или вольер. Другими словами, это не была большая коробка с прутьями. Вся их скромная компания размещалась на небольшой территории, метров десять квадратных, огороженной прочным частоколом. Потолка у вольера не было, трехметровые деревянные колья были намертво вкопаны в землю на расстоянии пятнадцать сантиметров друг от друга. На верху они заканчивались остро заточенными концами. Узкая дверь была закрыта на массивный деревянный засов. Открыть такой руками было возможно, но только, если ты находишься снаружи вольера. Изнутри такой возможности не было. Если между кольями в стенах легко могла пройти рука, то в стене со стороны двери колья были вкопаны практически в плотную.
Их тюрьма находилась в огромной пещере, своды которой уходили в глухую темноту. Вася с ужасом понял, что они находятся практически посередине стоянки чудовищного племени. Вокруг небольшими кучками возле костров сидели дикари. Сейчас Василию невольно представилась возможность более подробно рассмотреть этих монстров.
Внешне они все же больше походили на людей. Хотя привычные пропорции нормального человеческого тела здесь были явно нарушены. Это были рослые фигуры с широкими плечами и очень длинными руками. Руки доставали практически до колен. Визуально их длину увеличивали длинные острые когти. Их тела были полностью покрыты длинным волосяным покровом. Сверху на плечи были накинуты мохнатые шкуры, что делало их еще больше похожими на зверей.
Но больше всего взгляд Василия притягивали их лица. Они были поистине ужасны. Это была жуткая смесь человека с животным. Если бы Вася верил в чудовищ, то наиболее подходящим сравнением было бы сравнение с хищными мордами оборотней.
Надбровные дуги нависали большими буграми. Из глубины глазниц смотрели дикие глаза, в которых не было ничего человеческого. Низкий покатый лоб исключал наличие высокого интеллекта. Массивные челюсти были полны острых зубов и выдавались немного вперед, делая лицо схожим с собачьей или волчьей мордой. Особенно были развиты клыки. Сразу было видно, что мясо является главным продуктом в их рационе. Уши были довольно большими, но не остроконечными. Все-таки это были люди.
Вася не понимал, что должно было произойти с природой, с эволюцией, чтобы на свете появилось подобное биологическое ответвление. Хотя, может, все идет своим чередом, просто не все тайны еще раскрыты, не все загадки разгаданы.
Вася поднялся на ноги и подошел к Марине. Девушка почти успокоилась, хотя Лена продолжала ее обнимать и что-то тихо шептать на ухо. Не нужно было быть гением, чтобы понимать, что Лена подбирала успокаивающие слова. Секунду подумав, Вася решил пока не вмешиваться. Он понимал, что сейчас Марина может обвинить его в смерти Макса. Вася мог это понять. Он видел, что девушка раздавлена горем. Она через многое прошла. В этом ужасе ее поддерживала лишь мысль о том, что ее опора всегда рядом, что Максим со всем разберется, ведь он был всегда таким уверенным, таким надежным. А в итоге, вернулся не Максим, вернулся Вася.
Парень отошел от девушек и подошел к мальчонке. Славка тихо сидел у дальней стены частокола. Подобрав к груди колени, он плотно обхватил их руками и уткнулся в них лицом. Василий, морщась от боли, присел рядом.
– Слава, как ты? – он приобнял паренька и прижал к себе. Славка поднял голову и посмотрел на Василия. Бледное детское лицо было грязным, с подтеками от недавних слез.
– Страшно, дядя Вася, я думал, они нас съедят. Они постоянно что-то жарят на кострах, чувствуете? – Василий повел носом. Действительно, в воздухе стоял аромат готовящегося мяса.
– Я видел, как пара уродов тушу оленя тащила, вот олениной и пахнет, – ответил Вася. В животе у него вдруг громко заурчало. Мясной аромат сводил с ума. Он вспомнил, что уже очень давно у него во рту не было ни единой крошки.
В это время к ребятам подошла Лена и присела рядом.
– По-моему она уснула, – произнесла тихо девушка, глядя на Марину.
– Пусть отдыхает, – сказал Василий, – ей сейчас это необходимо, – он посмотрел на девушку.
– Лена, вы как сюда попали?
– Мы ждали вас на той поляне до самого вечера, но вместо вас на нее вышли эти твари. Убежать от них, конечно, не получилось, они связали нас и притащили сюда, – Лена замолчала, а потом продолжила, – ты знаешь, – она посмотрела на Васю и тихо прошептала, – я не понимаю, почему они оставили нас в живых.
Василий пожал плечами, – мне на ум приходит только одно, – он склонился и, чтобы Слава не услышал, прошептал Лене на ухо, – возможно, у них пока нормально с запасами.
Лена посмотрела ему в глаза, и мертвенная бледность разлилась по ее лицу. Вася продолжал, – чуешь, как пахнет?
– Конечно чую, – выдавила она из себя, – они с утра мясо готовят, я уже вся слюной изошла, – Лена вдохнула аромат, – наша еда осталась в рюкзаках, они их забрали, как и твой, кстати. Мы уже пару дней ничего не ели.
– Нам нужно, как можно быстрей выбираться отсюда, – произнес Вася негромко.
– Твои бы слова, да богу в уши, – грустно прошептала Лена, – даже, если мы каким-то чудом вылезем из этой клетки, мы не сможем найти выход на поверхность.
Василий невольно отметил, с каким мужеством держалась девушка. Пережив столько потрясений, она не лишилась возможности адекватно воспринимать реальность. Он задумался, и на какое-то время в клетке наступила полная тишина.
Он вновь окинул взглядом подземное стойбище. По периметру пещеры горели костры, дым уходил вверх под темные своды. Скорее всего в потолке имелись какие-то отверстия или трещины, которые играли роль дымоходов. Вася заметил, что дикари держаться определенными группами. Мужчины отдельно, женщины с детьми отдельно.
На мужской половине суетилась целая толпа монстров. Все их оружие было свалено у стены. Копья, топоры, дубины – все это бесформенной кучей валялось прямо на земле. Дикари крутились вокруг нескольких костров, обжаривая над пламенем куски какого-то мяса. Тут же возле огня стояла и разделочная плаха, на которой заляпанный кровью урод разрубал на куски тушу животного. На таком расстоянии Вася не видел, какого именно. Зато хорошо видел, как некоторые твари не утруждали себя готовкой. Они просто подходили к мяснику с топором, хватали отрубленные кровоточащие куски и с жадностью впивались в них зубами. При этой картине у Васи комок подкатил к горлу.
С трудом преодолев рвотные позывы, он продолжал разглядывать хозяев пещеры. Василий обратил внимание, что в стороне от копошащих монстров был установлен, укрытый шкурами, невысокий постамент. На нем, развалившись в ленивой позе, расположился настоящий гигант. Василия невольно поразили габариты и общий вид этого монстра. Это был огромный детина ростом около двух метров. Косая сажень в плечах визуально увеличивалась за счет накинутых на могучие плечи шкур. На голове у дикаря был шлем из черепа какого-то животного с большими рогами.
Если бы не страшный вид его лица, с выпирающими челюстями, торчащими клыками и глубоко посаженными глазами, его можно было бы сравнить с могучим варваром древности.
На женской половине пещеры все было куда тише и спокойней. Женщины сидели вокруг своих костров и занимались какими-то, одним им ведомыми делами. Вася не видел издали, какими именно, но заметил, что у многих на коленях лежали шкуры, и, склоняясь над ними, те что-то с ними делали, возможно, что-то шили.
Василий пригляделся к ним. Внешне они мало чем отличались от своих мужчин-соплеменников. Это были клыкастые твари с всклокоченными гривами спутанных волос и грязными телами. Волосатые фигуры так же, как и у мужчин, были спрятаны под ворсистые шкуры, полностью скрывающие их очертания.
Между ними сновали грязные детишки. Бегая в ободранных шкурах, они, как показалось Васе, играли в свои незамысловатые игры, время от времени подбегая к какому-нибудь костру и выхватывая из углей прожаренные куски мяса.
Похоже, что мясо было основным продуктом племени. Словно настоящие хищники, дикари поглощали его огромными порциями и сваливали кости в кучу возле стены. Куча была просто огромной. Сразу было видно, что кости в нее сваливались много лет. Местами оны были покрыты плесенью, многие давно пожелтели от времени и торчали из общей массы, словно старые зубы, ощерившись острыми краями. К своему ужасу среди останков съеденных животных Василий заметил несколько человеческих черепов. Когда-то какие-то бедолаги стали ужином для этих тварей, и теперь их кости были свалены в общую кучу, обретя здесь вечный покой.
Кстати сказать, свои потребности уроды справляли прямо рядом с этой кучей. Вася представил себе, как тут должно вонять, когда на кострах не будет готовиться жаркое.
Время от времени к куче подходил какой-нибудь урод и нисколько не смущаясь, делал при всех свои дела. После чего также спокойно возвращался к прерванному занятию.
Смотреть на все это было дико и страшно одновременно. У Василия складывалось такое ощущение, что они с ребятами перенеслись в каменный век и теперь изнутри наблюдают жизнь пещерных людей. Хотя, где-то глубоко в подсознании, Вася не верил, что пещерные люди могли вести себя подобным образом. Он не верил, что они могли вот так вот накидываться на сырое мясо, особенно на человеческое. Он не хотел верить, что их предки были чудовищными каннибалами, для которых все, кроме своих сородичей, были обыкновенной пищей.
Вася посмотрел на Лену и тихонько приобнял ее. Девушка благодарно положила свою голову ему на плечо и тяжело вздохнула. Сразу возле них, опустив голову, сидел подавленный Славка и не сводил глаз со своих коленок. Василий обратил внимание, что его лицо не выдавало никаких эмоций. Паренек был на грани нервного срыва, это было понятно, поэтому мозг включал блокаду и делал его невосприимчивым к окружающим реалиям. Другими словами, Славка был в шоке. Василий слегка погладил его по голове, но пацан даже не отреагировал. Он не шевельнулся, не вздрогнул, он даже не моргнул. Его взгляд продолжал буравить свои тощие грязные коленки.
Вася понимал, что этот плен не будет длиться вечно. В конце концов, дикарям просто не было никакого смысла держать их целыми. Уж по какой такой прихоти их оставили в живых, Василий не знал, однако, мог предположить, что это всего лишь просто чья-то забава. Например, вон того вождя. Вася еще раз взглянул на укрытый шкурами постамент и на лежащего монстра. Василий легко мог допустить, что это, своего рода игра, а значит, рано или поздно, эта игра наскучит и закончится, и им всем придет конец.
Единственное, что они могли сделать в этих условиях, это постараться не привлекать к себе лишний раз внимание, а также придумать, как можно убежать отсюда и выбраться наверх.
Парень медленно перевел взгляд на спящую Марину. Девушка могла обречь их всех на смерть. Вася прекрасно понимал, какое горе обрушилось на ее хрупкие плечи. Он знал, когда она проснется, у нее может начаться истерика, а вот тогда к ним наверняка подойдут эти дикие, и неизвестно, чем все может закончиться.
– Лен, – он тихо позвал девушку и повернулся к ней. Лена молча взглянула на него в ожидании продолжения, – я тут подумал, – он слегка замялся и посмотрел на Марину, – нужно, чтобы ты была рядом с ней, когда она проснется, понимаешь?
Лена смотрела ему в лицо и продолжала молчать.
– Вы сестры, она будет слушать тебя.
– Что ты имеешь в виду? – спросила девушка.
– Если она снова заплачет или закричит, она привлечет к нам внимание, это недопустимо. Я понимаю, что смерть Максима, это сильное горе для всех нас, но постарайся ее успокоить, ты ведь ей родной человек, – он вздохнул, – нам нужно еще немного времени, чтобы придумать, как выбраться отсюда.
– Я все поняла, – ответила Лена, – конечно, я постараюсь.
Время в клетке шло незаметно. Сколько прошло с тех пор, как Василий очнулся и в первый раз огляделся по сторонам, он не знал. Все вокруг выглядело без изменений, солнечный свет не пробивался, и смену дня и ночи было не вычислить. Часов и сотовых тоже не было. По периметру пещеры горели костры, и в них постоянно подкидывали дрова. Единственным доказательством того, что они уже очень долго сидят взаперти, это дикое чувство жажды. А еще живот прямо сводило от голода. Хуже всего приходилось Славе. Он очень ослаб и постоянно просил пить. Знал, что воды нет, но ничего не мог с собой поделать. Девушки страдали не меньше, но, как могли, успокаивали ребенка и старались отвлечь его каким-нибудь разговором.
Марина уже немного отошла, но до этого Василия с Леной стоило большого труда успокоить ее и постараться объяснить ей, что шум убьет их всех.
Постепенно все разговоры закончились, говорить больше было не о чем. Кто-то проваливался в тяжелое забытье, кто-то просто сидел, молча уставившись в землю.
Вася изучал окружающее. В этих условиях это все, что он мог. По своим биологическим часам, он предполагал, что их заточение длится уже около трех суток. Он понимал со всей отчетливостью, если им не дадут хотя бы воды, завтра она может им уже не понадобиться.
Парень внимательно всматривался в дикарей, в их поведение, поступки. Он видел, как из крайнего слева прохода они, то выходили, то вновь исчезали в нем. Иногда они приходили с тушей какого-нибудь животного, тогда через какое-то время по пещере распространялся одурманивающий аромат жарящегося мяса.
Но больше всего Василия интересовала не пища. Он пристально вглядывался в каждого дикаря и искал воду. Сейчас вода была главной проблемой. Он обратил внимание, что на поясе каждого дикаря висел небольшой мешок из шкур. Это было что-то вроде бурдюка, и в нем была вода. Вася не раз наблюдал, как тот или иной монстр время от времени снимал его со своего пояса, вытаскивал пробку и припадал своим поганым ртом к кожаному горлышку.
Василию нужно было достать такой бурдюк во что бы то ни стало, иначе первым из них умрет Слава.
Время неумолимо шло. Свои потребности пленникам приходилось справлять в дальнем углу клетки. Каждый раз это было крайне неловко, но природа брала свое. Все, что могли сделать невольные свидетели, это отвернуться и не смущать бедолагу еще больше.
Василий, кажется, задремал, он лежал на холодной земле и старался не шевелиться. Сломанное ребро не переставало ныть, а обожженное лицо болело так, что казалось, с него слезают последние лоскуты кожи. Проваливаясь в полудрему, он хоть немного отключал боль. Хоть на время избавлялся от невыносимых ощущений.
Очнулся он неожиданно. Что именно привело его в чувство, Вася не мог понять. Парень резко сел и непроизвольно вскрикнул от пронзившей острой боли в ребрах. Он быстро осмотрелся и замер. Рядом с клеткой стоял огромный дикарь и молча смотрел на их компанию.
Славка с Мариной спали и не видели вожака, но Лена уже открыла глаза и с ужасом смотрела на монстра. Девушка не шевелилась, стараясь не привлечь к себе внимание дикаря, но он и не интересовался ей. Василий видел, как это чудовище плотоядно смотрит на Марину. Подойдя вплотную к клетке, урод уставился на нее своими звериными глазами. Из груди у него донесся тихий хрип. То ли ворчание, то ли рычание. Он ухватил своей когтистой ладонью жердь частокола и прижал свою морду к прутьям клетки.
Василий с Леной оставались на месте. Вася благодарил господа, что Марина сейчас спала и не могла видеть этого ужаса. Каннибал продолжал смотреть на спящую девушку. Его ноздри с шумом раздувались, он вдыхал ее запах. Клыки оскалились в страшной гримасе, и с них закапала слюна.
В этот момент к нему подбежал мелкий звереныш и ухватил его за ногу. Сквозь засаленные лохмы волос на урода смотрели маленькие звериные глазки. Ребенок что-то прорычал и ухватился маленькой рукой за бурдюк с водой, висевший на поясе у вожака.
Дикарь со всего размаху ударил маленького демоненка своей лапой, заставив того с визгом отлететь в сторону. Гневно рыкнув на него, вожак сдернул с пояса емкость с водой и бросил ее маленькому дикарю, затем развернулся и широкими шагами направился к своему ложу. По дороге, вырвав из рук оказавшегося рядом соплеменника кусок мяса, он запрыгнул на шкуры и стал вгрызаться в него своими острыми пожелтевшими зубами, забыв, как показалось, о пленниках.
Лена подсела к Василию.
– Что это было? – спросила она дрожащим голосом.
– Не знаю, – ответил Вася, – но мне это не понравилось.
Произнося эти слова, он не сводил глаз с грязного детеныша, жадно припавшего своим ртом к горлышку бурдюка. Василий буквально слышал, как тот жадно глотает живительную влагу и смачно причмокивает, проливая драгоценные капли себе на грудь. Вдоволь напившись, он заткнул пробку и отбросив мешок в сторону, побежал на женскую половину пещеры.
– Мы должны достать эту воду, – твердо сказал Вася и посмотрел по сторонам.
– Что? Какую? – не поняла девушка.
– Ребенок бросил воду, которую пил, смотри, – он указал пальцем на лежащий невдалеке бурдюк с водой.
– Вася, ты достанешь его?! – возбужденно спросила Лена.
Вася убедился, что на них никто не обращает внимание. На женской половине все были заняты привычными для них делами, а на мужской практически никого не было. Вождь вроде спал, а остальные твари куда-то ушли.
– Я постараюсь, – он подполз на коленях к самой стене клетки и прикинул расстояние до воды. Мешок лежал практически рядом, может, в метре, не более, но расстояние между вкопанными кольями тюремной решетки было довольно маленьким.
Василий протянул сквозь них руку и попытался дотянуться до мешка. С первой попытки ничего не вышло. Высунув руку сквозь частокол, он не доставал до цели еще сантиметров тридцать.
– Постой, – с жаром произнесла Лена, – давай я попробую, у меня рука тоньше. Она поменялась с Васей местами и протянула руку сквозь колья. Рука была тоньше, в этом сомнений не было, но длина ее не отличалась сильно от руки Васи.
– Черт! – выругалась в сердцах девушка и вновь попыталась дотянуться до мешка с водой. Через пару минут она оставила безнадежные попытки. Села, отвернувшись от недосягаемой воды и опершись спиной о стену, уткнула лицо в подогнутые колени. Вася заметил, как ее плечи содрогнулись, а через мгновение расслышал тихие всхлипы девушки. Лена горько плакала. Тихо, стараясь не издавать много шума, она шмыгала носом и вытирала слезы, размазывая их по грязному лицу. Вася нежно обнял ее за плечи и прижал к себе.
– Славе очень нужно попить, да и нам всем тоже, – сквозь слезы произнесла Лена.
– Я знаю, – ответил Вася и погладил ее по волосам. Через секунду он отстранился от девушки и подсел к спящему ребенку.
– Что ты делаешь? – спросила девушка.
– Подожди немного, – ответил Вася, – сейчас узнаешь.
Он слегка потряс Славу за плечо. – Эй, спортсмен, проснись, – проговорил он потрескавшимися губами и улыбнулся.
Слава открыл глаза, – дядя Вася? – хрипло прошептал он и взглянул на Василия.
– Да, Слава, я. Мы сейчас попьем. Хочешь пить? Поднимайся, – он аккуратно помог мальчику подняться и посмотрел ему в лицо.
– Слушай, Слава, нам всем сейчас нужна твоя помощь, – он показал пальцем на мешок с водой, – смотри, там вода, но достать ее мы не можем, слишком узкая щель между кольями. Мне нужно, чтобы ты лег на живот рядом с кольями, пропихнул сквозь них ноги, зацепил мешок и подтащил его к клетке, справишься?
– Попробую.
Лена молча слушала разговор. Когда паренек подошел к кольям и улегся на живот вплотную к ним, она с сомнением спросила Васю, – думаешь, это не опасно, все-таки он еще совсем ребенок?
– Лена, – парень нежно погладил ее по щеке, – здесь одинаково опасно всем: мне, тебе, Марине, Славе. Кто бы из нас тут, чем не занимался, это опасно, потому как в принципе опасно находиться в клетке у людоедов. Но нам нужна вода, ноги Славы длиннее, чем твоя или моя рука. Они легко пролезут между кольями и достанут этот проклятый мешок.
Лена кивнула, соглашаясь с приведенными доводами. В конце концов, вода была им жизненно необходима. Она огляделась, убеждаясь, что на них никто не смотрит. Пока все было спокойно, но нужно было торопиться. Неизвестно, когда именно вернуться ушедшие недавно дикари.
– Вы что делаете? – раздался тревожный, но еще сонный голос Марины. Девушка проснулась и теперь сидела, и недоумевающе смотрела на происходящее.
– Тетя Марин, я сейчас воду достану, – взволнованно произнес Слава и высунул ноги наружу.
Трое взрослых, словно завороженные, смотрели, как парнишка старается дотянуться носком ноги до треугольного мешка, в котором находилось немного воды. Вот пальцы чиркнули землю в двадцати сантиметрах от мешка. Слава оглянулся, примериваясь, и выставил ногу, как можно дальше. Носок опустились на бурдюк. Пошевелив лодыжкой, Слава умудрился просунуть большой палец в небольшую кожаную петлю на мешке.
– Тяните, – прошептал он напряженно.
Вася тут же подскочил к нему и, взяв его за руки, медленно потянул на себя. Затянув парня полностью внутрь, он поднял бурдюк, вытащил пробку и протянул мешок Славке.
– Держи, спортсмен, заслужил, только не слишком активно, плохо может стать.
Славка с благодарностью взял протянутый мешок и с жадностью припал к горлышку. Утолив жажду, он протянул воду обратно Васе, рыгнул и смущенно залился краской.
Василий улыбнулся и потрепал его по волосам. Затем он протянул бурдюк Лене. Девушка пила маленькими глотками, стараясь не закашляться. Затем наступила очередь Марины. Последним напился Вася. Оторвавшись от горлышка, он заткнул пустой мешок пробкой и бросил его обратно на то самое место, откуда Слава его доставал чуть ранее. После этого он развернулся обратно к друзьям и улыбнулся, – совсем другое дело, еще бы поесть чего-нибудь.
Пища была второй проблемой ребят. Они не ели уже несколько дней, но рассчитывать на скорые изменения к лучшему не приходилось.
Время потекло дальше. Медленное, вязкое, безнадежное. Оно было наполнено болью и опасностью. Оно источало страх. Страх того, что завтра может больше не наступить.
Дикари уже два раза уходили и возвращались в пещеру, каждый раз принося с собой тушу какого-нибудь животного. Уже несколько раз пещера наполнялась ароматным запахом готовящегося мяса, вызывая у пленников приступ дикого голода.
За все это время Василий успел досконально изучить каждый вкопанный в ограде кол. Он выяснил, что, в зависимости от места расположения, колья были, либо плотно вбиты в каменистую породу, либо были глубоко вкопаны в землю. Он все время думал о побеге. Осуществить его можно было лишь выкопав из земли один из кольев. Но, как сделать это, не привлекая к себе внимание дикарей, он не знал. К тому же, нужно было куда-то девать выкопанную землю. Вася продолжал думать и анализировать.
Пить сейчас пока не хотелось, но вот есть хотелось очень. Лена подошла к нему и присела рядом.
– Вась, как ты думаешь, они дадут нам еды? – она грустно посмотрела на Василия. Парень просто молчал, – ладно, я все понимаю, можешь не отвечать.
– Что ты понимаешь?
Она мельком взглянула на спящих Марину и Славу, а затем тихо прошептала: – Мы сами для них пища. Зачем еду кормить едой? Это бессмысленно.
– Я думаю, ты ошибаешься, – наконец, проговорил Василий.
– Что ты имеешь в виду?
– Лен, я считаю, ты очень сильная девушка, – парень взглянул Лене прямо в глаза, – я могу говорить с тобой откровенно, не боясь, что ты свихнешься или наложишь в штаны?
– Ну да, можешь, – немного нерешительно отозвалась Лена. Вася кивнул.
– Понимаешь, – продолжил он, – я думаю, что нас скоро накормят.
– С чего ты взял? – уставилась она на него удивленным взглядом
– Очень просто, – Вася понизил голос до шепота, – Ты сама говоришь, мы для них пища, правильно?
– Ну, допустим.
– Вот, – продолжил Вася свою мысль, – заметь, пища, которая долго сохраняется свежей. Ты сама видишь, сейчас у них мяса достаточно, значит, нас они какое-то время трогать не будут, логично?
– Продолжай.
– Да, собственно, я почти закончил, – тихо произнес Василий, – раз мы пока не нужны, но сохранить нас хочется свежими, а им это точно хочется, иначе я не вижу причин оставлять нас до сих пор живыми, значит нас нужно хоть изредка, но подкармливать. Поэтому, я думаю, что они нас скоро накормят. Во всяком случае, – вздохнул он, – я хочу в это верить.
– Звучит разумно, – раздался голос сзади. Ребята вздрогнули от неожиданности и оглянулись. Рядом стояла Марина.
– Ты проснулась, – произнесла Лена.
– Да, и все слышала, – она недовольно посмотрела на Василия. – Вась, не надо со мной возиться, как с малолетней истеричкой, стараясь изолировать меня от всякой жести.
– Извини, – проговорил Вася, – я просто не хотел, чтобы ты лишний раз переживала. Ты и так много испытала.
– Мы все достаточно испытали, – парировала Марина, – и продолжаем испытывать, и не сильно сейчас отличаемся от Макса, может, чуть живее, пока, – она снова пристально посмотрела на Василия.
– Ладно, ладно, – смутившись, произнес Вася, – мы все поняли, ты с нами.
Скорее всего наверху наступила ночь, так как скоро вся компания постепенно окунулась в тяжелый сон.
Вася вертелся и ворочался. Сломанные ребра, обожженное лицо и порванное ухо не прекращали болеть. Вдруг что-то ударило его по голове, он открыл глаза и тут же отполз подальше от стены. Сразу за ней стоял Альфа-самец и смотрел на него. В руках вожак держал горячие куски мяса, которые по одному швырял им в клетку. Вот один из таких кусков и угодил Васе в голову, прерывая вязкое забытье.
Парень с замиранием сердца наблюдал, как покончив с кормлением, дикарь вновь вперился своим хищным взглядом в спящую Марину.
Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что это не предвещало ничего хорошего, по крайней мере для Марины.
Постояв еще немного, дикарь развернулся и пошел к себе на ложе.
– Ребята! – позвал всех Вася, – просыпайтесь, ешьте!
Он подобрал с земли дымящийся кусок и не раздумывая, впился в него зубами. Мясо было жирным и горячим. Еще никогда оно не казалось ему таким вкусным и питательным. Он с жадностью впивался в прожаренные волокна, отрывая от кости большие куски мякоти.
Привлеченные шумом и одурманивающим ароматом, проснулись остальные члены команды. Славка первый разобрался спросонья, что к чему и, подобрав горячий кусок, стал уплетать мясо, что называется, за обе щеки.
Марина с Леной тоже не стали себя сдерживать. Голод был просто диким, и тут совсем не было времени на какие-либо сомнения. Девушки подняли по куску, отряхнули с них землю и аккуратно стали откусывать от них небольшие кусочки.
Мясо было совершенно не соленым, без каких-либо приправ, песок скрипел на зубах, но никого из компании это не смущало. Все с ненасытным желанием грызли свои куски и, прикрыв глаза, с наслаждением жевали. Пища была божественной.
Какое-то время в клетке стояла абсолютная тишина, прерываемая лишь негромким чавканьем, все были заняты едой.
– Я же вам говорил, – с грустной улыбкой на губах проговорил Вася, – я же говорил, что нас накормят.
Он посмотрел на Лену, ища подтверждение своим словам, но вместо этого увидел, как девушка замерла, уставившись на свои руки. Он успел увидеть, как округлились ее глаза, а потом ее согнуло пополам и вырвало. Ее рвало без остановки минуты две.
– Лена, – подскочила к ней Марина, – с тобой все в порядке? Нельзя было сразу много есть после стольких дней голода.
Марина посмотрела на сестру и попыталась вытереть слезы с ее глаз. Лена быстрым движением выбила у нее из рук мясо, а после того, как недоеденный кусок упал на землю, отшвырнула его ногой за пределы клетки.
– Ты чего? – уставилась на нее Марина недоуменным взглядом.
Желудок у Лены был уже пустым, но спазмы продолжали скручивать бедную девушку, не давая той отдышаться. Наконец, немного успокоившись, она произнесла хриплым голосом: – Не ешьте, слышите, не нужно это есть!
– В чем дело, Лена? – спросил ее Вася, невольно отстраняя в сторону свой кусок мяса, – почему?
Он взглянул на замершего Славу: – Подожди, боец, не кушай, – затем снова перевел взгляд на девушку.
Лена встретилась с ним глазами, и по ее лицу тихо потекли слезы.
– Ну что ты, что ты? – Вася быстро подошел к девушке и обнял ее, – что не так? – он нежно гладил ее по волосам, стараясь успокоить.
– Да все не так! – вдруг выкрикнула Лена и отстранилась от парня, – понимаете? – взглянула она на Василия с Мариной, – все не так! – она вытерла лицо жирной рукой, оставляя блестящий след на щеке.
– Там, – она беспомощно посмотрела Васе в глаза, – там кожа была, понимаете. А на коже две буквы – «К. К.»
– Что?! – Марина не верящим взглядом уставилась на сестру.
– Я же говорю, там была татуировка. – она опять резко нагнулась, пытаясь опорожнить желудок, но спазм закончился безрезультатно, желудок был пуст.
– Может, тебе показалось, Лен? – Вася недоверчиво посмотрел на девушку, – тут света почти нет, может, ты ошиблась?
– Я знаю, что я видела, – опять вскрикнула Лена, – я знаю, что означают эти буквы, понимаете, знаю. Это «Катя» и «Костя». Он сам мне рассказывал, когда я делала ему перевязку.
Лена опустилась на землю и отрешенно уставившись в пустоту, замолчала.
– Марина посмотрела на Василия, – что она сейчас сказала? Это она про что?
Вася взглянул на свой кусок мяса и медленно разжал пальцы. Еда упала ему под ноги.
– Все просто, Марина, – произнес парень и почувствовал, как предательски забурлило в желудке, – мы сейчас не оленину жевали, мы Костю ели.
Какую-то секунду Марина смотрела на Васю в упор и не шевелилась. Затем, в ней будто бомба взорвалась. Она схватила камень и повернулась лицом к вождю, который восседал на своем ложе и неотрывно смотрел на пленников.
– Ах ты ублюдок чертов! – крикнула она дикарю и запустила камнем в его сторону. Тот не долетел до цели около трех метров и упал, подняв облачко пыли, – сволочь! Людоед поганый! – Марина кинулась на прутья решетки и стала пинать вкопанные колья.
– Марина! Не надо, остановись, – Василий пытался урезонить разбушевавшуюся девушку, но она не обращала на него никакого внимания. Она вновь подняла с земли камень и запустила в вождя. На этот раз камень угодил точно по шлему Альфы.
– Марина! Ты с ума сошла, – крикнула сестре Лена, – ты нас всех погубишь!
– Да пошел он в задницу, – кричала Марина, продолжая пинать ограду, нисколько не заботясь о том, к каким последствиям может привести ее выходка.
Дикарь вскочил со своего ложа и злобно зарычал, раскинув в стороны руки и подняв кверху морду. Он снял с головы шлем, бросил его на землю и широкими шагами направился прямо к клетке.
– Марина, прекрати, – пытался успокоить ее Вася, – он идет сюда, ты что делаешь?!
Но истерика уже не давала девушке совладать со своими эмоциями. Она продолжала бесноваться и поливать монстра проклятиями.
Когда дикарь оказался возле клетки, он одним движением когтистой лапы откинул массивный засов и сильным рывком распахнул тяжелую дверь. Перешагнув через порог, он решительно направился к Марине.
Вася встал у него на пути, прекрасно понимая, что сейчас, возможно, жизнь его закончится. Вожак на него даже не взглянул, он отмахнулся от парня, как от назойливой мухи. Единственное, что успел почувствовать Василий, перед тем, как потерять сознание, это полет к противоположной стене вольера и жгучую боль в груди от когтей монстра. Что произошло дальше, он не видел.
– Нет! – Лена обняла Славу, прикрыла ему лицо ладонями, присела на корточки и закрыла глаза.
Марина смотрела на приближающегося дикаря и не могла успокоиться. Злоба и отчаяние переполняли ее.
– Что, ублюдок! – выкрикнула она ему в лицо, – не понравился камешек?
Она подскочила к чудовищу и замахнулась на него своим кулачком. В это время Альфа схватил ее одной рукой за горло, а другой нанес сверху по лицу убийственный удар.
Когти монстра снесли девушке пол лица. Левый глаз вырвало сразу. Сквозь рассеченную щеку виднелись разорванные десны и вывороченные зубы. Марина упала на землю, как подкошенная. Вращая единственным оставшимся глазом, она пыталась что-то сказать, но вместо слов из горла послышались булькающие звуки, а изо рта, носа и ран красным потоком хлынула кровь.
Затем монстр схватил Марину за ногу и, словно мешок с картошкой, поволок ее из клетки. Вытащив ее из вольера, он с грохотом захлопнул за собой дверь и зашагал на мужскую половину пещеры.
Лена открыла глаза и сквозь слезы, посмотрела на сестру. Марина была еще жива, она хрипло кашляла, захлебываясь собственной кровью, а ее единственный глаз, не моргая, смотрел куда-то в сторону.
Лена невольно застонала от ужаса, когда увидела, как вожак тащит Марину к разделочной плахе, на которой ранее дикари разрубали мясо. Дойдя до нее, он выпустил ногу девушки и поднял с земли топор.
Дальше Лена не смогла смотреть. Отвернувшись от кровавой сцены, она взглянула на Славу. Мальчик сидел с закрытыми глазами, опустив голову.
– Не смотри, слышишь? Ты все правильно делаешь, только не смотри, – после этого она изо всех сил зажмурилась и зажала ладонями уши, чтобы не слышать ужасные удары топора.
Назад: 19
Дальше: 21