Книга: Эпидемия стерильности
Назад: Джош успокаивает бушующее море
Дальше: Глава 14. Жизнь с «американским убийцей» и самый большой орган

Смысл бессмысленных болезней

Когда в конце XIX столетия представители высших классов начали страдать сенной лихорадкой, некоторые интерпретировали их чихание не только как свидетельство истинной утонченности, но и как признак того, что цивилизация пошла по неверному пути. Они утверждали, что новый мир, в котором основной источник энергии — уголь, стал слишком механизированным и начал двигаться слишком быстро. В итоге страдают именно они, самые чувствительные люди. Считалось, что решением должен стать возврат к чистоте, к природе — уход из городов на курорты для страдающих сенной лихорадкой, расположенные в горах и на побережьях.
В своей книге Allergy: The History of a Modern Malady («Аллергия: история современной болезни») Марк Джексон отмечает, что критика современности определяла наше понимание аллергии (а также «белой чумы» — туберкулеза до нее) на протяжении более чем сотни лет. Время от времени «гигиеническая гипотеза» (или гипотеза «старых друзей») как будто присоединяется к этой общей тенденции. На протяжении ряда лет наблюдений за активно формирующимся анкилостомным подпольем я видел, что эта эволюционная концепция предлагает психологическое утешение людям, страдающим аллергическими и аутоиммунными заболеваниями. Эта концепция создавала контекст для болезней, которые являются по большому счету не только неизлечимыми, но и необъяснимыми.
Дэвид Эллиотт (ученый, работавший с Джоэлом Уэйнстоком над разработкой TSO) сформулировал это лучше всего. «Люди на удивление быстро усваивают эту концепцию, — сказал он в ответ на мой вопрос о том, трудно ли ему было найти добровольцев для экспериментов с гельминтами. — Мы говорим, что болезнь — это особенность меняющегося мира, а не того, что меняетесь вы, а значит, с вами все в полном порядке».
Услышать это — большое облегчение. А какое утешение знать, что у вашего недуга есть причина: это не ваша вина и это неслучайно. Как замечательно, что ученые, изучающие этот метод лечения, могут объяснить заболевания такого рода так, как этого не могут сделать создатели иммуносупрессантов и противоастматических ингаляционных препаратов.
В области науки, которую мы изучили, считается, что подразумеваемая критика современности биологически обоснована: что мы действительно вмешались в человеческий суперорганизм таким образом, что это нарушает работу иммунной системы. Однако именно этот подтекст в целом позволяет представителям анкилостомного подполья сознательно обходить стороной важнейшие аспекты этой сферы. Вот самый главный из них: согласно данной теории, заболевания такого рода будут возникать реже при наличии этих микроорганизмов. Речь не о том, что внедрение паразитов позволит вылечить уже появившееся расстройство. Да, это возможно, и такой результат действительно был получен в ходе небольших исследований. Однако самую важную область применения этого метода еще предстоит определить.
Между тем отсутствие подлинных экспертных знаний или научной строгости делает это движение таким же нестабильным, как и любой другой проект, который реализуется в интернете методом краудсорсинга. Серьезные решения принимаются на основании историй, которые невозможно проверить. Люди выбирают те факты, которые лучше всего поддерживают их представления. Риски не подвергаются тщательному анализу. Например, тот простой факт, что анкилостома кормится вами, а значит, наносит вред слизистой оболочке кишечника, по большей части остается без внимания. Кроме того, никто не задумывается о том, что происходит с людьми в развитых странах (с людьми, у которых совсем другая кишечная микрофлора и измененная иммунная система), когда их в зрелом возрасте внезапно колонизирует множество паразитов. Это также можно считать эволюционным новшеством, долгосрочные последствия которого еще никому не известны.
Помимо всего прочего, «поставщики гельминтов» сами определяют меры безопасности и гарантии. Нет никаких обязательств, никакой ответственности в случае, если что-то пойдет не так. Никто (в том числе и я) не может быть уверен в том, что получает необходимый вид гельминтов. Через кожу могут проникать только определенные паразиты, что позволяет устранить много неприятных возможностей, но это не гарантирует, что вы получаете Necator americanus. (Майкл Каппалло, специалист по анкилостоме из Йеля, посредством теста ДНК подтвердил, что у меня именно Necator americanus.)
Учитывая все сказанное выше, в силу объяснительного потенциала науки появление анкилостомного подполья было в какой-то мере неизбежным. Кто-то должен был заняться продажей гельминтов, будь то Лоуренс, Аглиетти или кто угодно другой. Речь идет об ужасных болезнях, о перспективной области науки и о весьма привлекательном объяснении происходящего. Кроме того, существует возможное решение проблемы, обитающее в кишечнике шестой части человечества.
В действительности вскоре после того, как Лоуренс и Аглиетти начали торговать паразитами, в Испании открылось аналогичное предприятие. На протяжении нескольких месяцев кто-то продавал анкилостому из Австралии. (Вскоре оба продавца ушли из сети.) Между тем Лоуренс явно считает себя Прометеем. Он взял лекарство от всех болезней у ученых, которые не собирались им делиться, и отдал его страждущим смертным. Некоторые клиенты Лоуренса согласны с ним и поэтому восхваляют его. Другие по секрету признают, что вынуждены мириться с его сумасбродным поведением, непостоянством и склонностью подтасовывать факты. Эти люди утверждают, что только слегка сумасшедший мог сделать то, что сделал Лоуренс, а значит, некоторое сумасбродство — это часть его работы. И все же, хотя люди рады тому, что кто-то сделал гельминтов доступными, они считают, что немного больше профессионализма не помешало бы.
Я начал воспринимать самого Лоуренса как паразита. В плане обеспечения легитимности его работа, как и работа Аглиетти, зависит от результатов исследований настоящих ученых, опубликованных в рецензируемых журналах. Однако они до сих пор не внесли свой вклад в эту научную работу. Время покажет, принесут ли Лоуренс и Аглиетти (подобно паразитам, о которых идет речь в данной книге) какую-либо пользу науке, своему хозяину. Они могут сделать это как минимум посредством повышения осведомленности людей. Врачи уже сейчас слышат «Как насчет лечения анкилостомой?». Безусловно, Лоуренс и Аглиетти помогли многим людям. С другой стороны, некоторым этот метод лечения явно не принес пользы. Соотношение на данном этапе определить невозможно.
Несмотря на все эти факторы неопределенности, подпольное лечение анкилостомой процветало. Согласно оценкам Лоуренса и Аглиетти (а также судя по количеству участников форумов в интернете), сотни людей испытали этот метод лечения на себе. Продолжали появляться поразительные истории о ремиссии. Ходят слухи о том, что люди начали в обход Лоуренса и Аглиетти свободно обмениваться экскрементами, содержащими яйца гельминтов, что привело к формированию истинного движения по лечению анкилостомой, основанного на принципе самопомощи. В качестве справочной библиотеки выступает вики-сайт, посвященный гельминтотерапии (не имеющий никакого отношения ни к Лоуренсу, ни к Аглиетти), где выложено множество научных статей о паразитах и иммунитете, а недавно там были опубликованы инструкции, как вырастить личинки в домашних условиях. Для того чтобы избежать явной предвзятости форума в Yahoo, Герберт Смит, который стал одним из самых больших сторонников гельминтотерапии, создал в Facebook дискуссионную группу, посвященную этому методу лечения.
«На мой взгляд, это поразительный пример силы интернета и новых подходов к медицинской практике», — написал мне в Facebook один студент, изучающий средства массовой информации, когда узнал, что я пишу эту книгу. Он добился того, что у него самого началась ремиссия язвенного колита в результате лечения власоглавом. «Я в восторге от того, что видел зарождение стихийного, на первый взгляд подпольного, основанного на принципе самопомощи “гельминтного движения” с участием больных, которые берут здоровье в свои руки, порой даже вступая в конфликт с медицинскими учреждениями», — прибавил он.
Анкилостомное «движение» напоминало греческую трагедию в замедленном темпе. Настоящим ученым необходимо было продолжать свои медленно продвигающиеся эксперименты. Иначе как мы узнали бы, что этот метод лечения действительно работает? Органы нормативно-правового регулирования должны были помешать продаже неутвержденных, потенциально опасных препаратов, в противном случае наступил бы хаос. А людям, страдающим неизлечимыми болезнями, приходилось искать помощи, даже если речь шла о паразитах, полученных из сомнительных источников. Все стороны вполне обоснованно преследовали свои интересы, однако это привело к неизбежному конфликту.
Однако ради последней группы (людей, для которых все это имеет самое большое значение) можно было бы пожелать большей согласованности действий. И хотя истинные ученые выражают недовольство анкилостомным подпольем (Джоэл Уэйнсток называет его нелегальной наукой), некоторые считают, что лучше всего было бы привлечь его в свои ряды. «Я считаю, что органы нормативно-правового регулирования должны признать, что это происходит. Они не должны вынуждать людей ездить туда [в Мексику], платить за гельминтов, а затем принимать их без всякого контроля», — сказал Джон Кроес, австралийский гастроэнтеролог, который проводит эксперименты с целиакией и анкилостомой.
Дебора Уэйд также в чем-то права: люди не должны ждать десятки лет (особенно если у них нет этих лет в запасе), чтобы попробовать «препарат», носителями которого не так давно были почти все, сами того не зная.
После конференции по вопросам биотерапии я беспокоился о Деборе Уэйд. Она купила у Аглиетти еще одну дозу анкилостомы, но ее состояние не улучшилось. И даже когда врачи рекомендовали хирургическую операцию, лекарственные препараты и антибиотики, Дебора все равно настаивала на лечении гельминтами.
Я подумал, что она, по всей вероятности, слепо верит в этот метод. Гельминты явно не помогали Деборе, но все же ее вера в них была непоколебимой. Однажды я отметил в чате Facebook, что вся эта теория может оказаться совершенно ошибочной. «Слишком много положительных результатов, чтобы все это было ошибкой. Слишком много случаев ремиссии без всяких таблеток», — ответила она.
Впоследствии я спросил Дебору, как она может продолжать верить в этот подход при таком большом количестве доказательств обратного. «Два с половиной года полной ремиссии трудно игнорировать», — написала она.
Дебора исчерпала все варианты лечения без сильнодействующих лекарственных препаратов, такие как трансплантация фекальной микробиоты, а также бактериофаги (вирусы, преследующие «плохие» бактерии), прежде чем неохотно согласилась на лечение антибиотиками. Вскоре после этого ей сделали колэктомию: созданный хирургическим способом обходной путь вокруг прямой кишки. Кроме того, она согласилась принимать новый иммуносупрессант тизабри, который приводил ее в ужас.
Однако в сентябре 2011 года болезнь Крона начала атаковать стому — отверстие, которое хирурги сделали у Деборы в боку для выведения испражнений. Препарат тизабри как будто еще больше ухудшил ее состояние. К этому времени Дебора перепробовала и исчерпала все возможности, существующие как в аллопатической медицине, так и в анкилостомном подполье. Оставалась только одна возможность. Аглиетти экспериментировал с новым видом гельминтов. Дебора сказала мне, что намерена попробовать их. Она сказала, что даже ее врач, понимая, что больше вариантов не существует, не сказал «нет». Осознав, в каком опасном положении оказалась Дебора, я больше не считал ее приверженность идее о лечении гельминтами оторванной от реальности. Скорее это был несгибаемый оптимизм. У Деборы закончились все варианты, но она продолжала испытывать методы лечения, которые, как ей казалось, могли помочь.
А затем произошло своего рода чудо. Врач Деборы Уэйд убедил ее страховую компанию покрыть расходы на инъекции внутривенного иммуноглобулина, который в противном случае был бы ей не по карману. Иммуноглобулин для внутривенного введения состоит из антител, взятых у людей-доноров. Никто точно не знает почему, но введение этих антител в организм человека улучшает иммунорегуляцию и помогает в лечении многих аутоиммунных заболеваний. Благодаря этому препарату Деборе стало лучше, но не на сто процентов. В декабре 2011 года она отправилась в Тихуану, чтобы получить десять анкилостом и попробовать новый загадочный вид гельминтов. Три месяца спустя Дебора снова набрала потерянный вес и чувствовала себя гораздо лучше. «Вот это да! — написала она в дискуссионной группе в Facebook. — Вот так гельминты!»
К тому времени я уже больше года проводил собственный эксперимент.
Назад: Джош успокаивает бушующее море
Дальше: Глава 14. Жизнь с «американским убийцей» и самый большой орган

tuiquiCalt
Замечательно, очень ценная фраза --- Очень замечательно! гдз дорофеев, гдз егэурок и английский rainbow ютуб гдз
beherzmix
Между нами говоря, попробуйте поискать ответ на Ваш вопрос в google.com --- Я что-то не понимаю гдз чесноков, яблонский гдз и класс rainbow гдз мещерский
inarGemy
Я извиняюсь, но, по-моему, Вы не правы. Пишите мне в PM. --- Буду знать, большое спасибо за помощь в этом вопросе. службы досуга иркутск, агентство досуг иркутск или индивидуалки в Иркутске досуг для детей иркутск